Статьи

Между удавкой и пистолетом, или почему Нафтали Беннет остался

Главная проблема в том, что глава Еврейского дома играл «вторым номером», не поспевая за чужой инициативой

Беннет ошибся. До самого последнего времени ему казалось, что он выигрывает в любом случае. Получив портфель Либермана, он мог доказывать, что способен сломать Биби (главу правительства Биньямина Нетаниягу). А не получив — что только от него зависит, пойдет Израиль на досрочные выборы или нет.

Для этого требовалось только одно: доиграть партию до конца. Но Беннет сдался. Собственно, почему?

Прежде всего потому, что ему не удалось лишить Нетаниягу инициативы. Премьер не только не потерял контроль над событиями, но и поставил Беннета в условия, при которых тому пришлось выбирать между «удавкой и пистолетом». И оба этих варианта выглядели если не самоубийственными, то уж точно не выигрышными.

Пока Беннет выжидал и маневрировал, Нетаниягу успел объяснить, почему «преступно» рушить правую коалицию (напомнил даже 1992-й, предословский, год). Тем самым он поставил лидера Еврейского дома в ситуацию, когда тот вынужден либо принять на себя роль «убийцы правой коалиции», либо дать задний ход — с весьма туманными перспективами на то, что народ оценит его готовность к капитуляции во имя правой идеи.

Были, видимо, и другие расчеты. После того как стало понятно, что Нетаниягу курс на досрочные выборы брать не намерен, заявление об отставке вынудило бы Беннета войти в предвыборную кампанию с позиции «лишенца» – ни министерского статуса с определенным административным ресурсом, ни полноценной защиты от атак справа, которые на него обрушит Нетаниягу – главный конкурент в борьбе за голоса национального лагеря.

Беннет. Фото: Амит Шааби

Учитывая опросы общественного мнения, сулящие Ликуду значительное усиление, а Еврейскому дому – разрыв от 8 до 14 мандатов, Беннету очень не хотелось бы заведомо подставляться под удар Нетаниягу. Разумеется, он мог бы сам контратаковать Нетаниягу справа, но тогда бы невольно начал лить воду на мельницу Либермана, также участвующего в дележе правых голосов, либо вел к общему ослаблению национального лагеря. История уже знает примеры, когда от грызни в правом лагере выигрывают левые и чему это приводит.

Биньямин Нетаниягу. Фото: ЕРА (Photo: EPA)

С другой стороны, портфель министра обороны, если бы Нетаниягу все-таки решил его передать Беннету, выглядел бы, пожалуй, самым худшим вариантом в этом раскладе. Ничего успеть на этом посту глава Еврейского дома не мог, а любая заварушка в Газе выставила бы его «мальчиком для битья», потому что решает все равно Нетаниягу (вспомните Либермана!), а каждая ракета, выпущенная ХАМАСом, била бы прямиком по репутации Беннета.

Беннет сколько угодно может говорить о своей готовности к свержению ХАМАСа. Либерман тоже думал, что Ханию можно отправить на небеса в течение 48 часов. Нетаниягу думает иначе – и этим все закончилось.

Либерман и Беннет. Фото: AFP (Photo: Getty Images, AFP)

Главная проблема Беннета состоит в том, что он опоздал и вынужден действовать «вторым номером». Вначале он пропустил вперед Либермана, который вышел из правительства и коалиции, призвал к досрочным выборам и заставил крутиться политическую систему в обозначенной им оси. Потом он прозевал ответные ходы Нетаниягу, который лишил смысла и выдвинутый Беннетом ультиматум, и последующие маневры главы Еврейского дома.

Беннет все это понял. Вероятно, в самым последний момент. И если вчера еще все ожидали от него решительных действий, к утру следующего дня окончательно выяснилось: Беннет проиграл. На пресс-конференции 19 ноября ему оставалось лишь официально об этом уведомить.

comments powered by HyperComments


Предыдущая статьяСледующая статья