Статьи

Показания против Нетаниягу опровергнуть не удалось

Вчера, 21 сентября 2022 года, Хадас Кляйн завершила дачу показаний по делу №1000. Они продолжались долгих 15 дней, в течение которых пропагандисты–сторонники Биньямина Нетаниягу выливали на нее ушаты грязи.

Она, наряду с Арноном Мильченом, – главный свидетель по делу, которое считается самым весомым из трех дел процесса Нетаниягу.

Общее впечатление по завершении дачи показаний: между основными слушаниями и перекрёстным допросом главные моменты остались неизменными. Кляйн говорила об «истории нашей жизни», о сотнях сигар, отправленных Биньямину Нетаниягу, и сотнях бутылок шампанского – Саре Нетаниягу, и не отступилась от этой версии. С самого начала она заявила, что эти оценки основаны на существующих квитанциях, и не изменила своей позиции.
Адвокату Амиту Хададу, представляющему Нетаниягу,  удалось показать, что тут и там есть расхождения в том, что касается цен и количеств, но, как и было сказано, общая картина выглядит куда лучше со стороны обвинения, чем защиты. Важно помнить, что в этом деле Нетаниягу обвиняется в мошенничестве и нарушении общественного доверия, а не в получении взяток, так что количество и стоимость менее существенны. Если обвинению удастся убедить суд в том, что подарки шли потоком, и что Нетаниягу использовал рычаги государственной власти, чтобы сделать поблажки Мильчену, он должен быть обвинен именно в этом преступлении.

Хадад подчеркнул, что не считает, будто Кляйн лгала (тем самым он противоречит пропагандистам, которые раз за разом утверждали, что ее показания – намеренная ложь), однако следователи якобы ввели ее в заблуждение и подвели к созданию версии, не соответствующей реальности.

Утверждение это проблематично: Кляйн доказала, что у нее превосходная память, как относительно картины в целом, так и касательно деталей. Она без колебаний говорила, что чего-то не помнит, и признавала свои ошибки, если ей становилось ясно, что она ошиблась. Не просто сбить с толку такого свидетеля.

Другой важный момент: Кляйн не раз говорила, что ряд покупок, в частности, алкогольных напитков, не имел отношения к семье Нетаниягу. Если бы она хотела соврать, она свалила бы на членов семьи бывшего премьера побольше вин, текилы и сигар. Если бы следователи хотели сбить ее с толку, они подвели бы ее к этой дорожке. Кляйн была допрошена после других работников дома Мильчена и Джеймса Пакера и подтвердила то, что говорили они. Теперь они, и, главное, конечно, Мильчен, должны выступить в суде. Возможно, и Пакер тоже, но неясно, намерен ли он давать свидетельские показания.

Хадад говорил, что [в ходе дачи показаний] ему станет очевидно, что Кляйн ненавидит Сару Нетаниягу и отсюда проистекают эти показания, в особенности – многочисленные истории, представляющие ее в нелестном свете. Но, в конце концов, на перекрестном допросе этот вопрос не был поднят, и ни о каких мотивах лжи Кляйн мы так ничего и не узнали (да, она когда-то состояла в партии «Авода», и что?).

Как было сказано, основной линией защиты была попытка следователей ввести Кляйн в заблуждение, но найти реальные подтверждения этому оказалось трудно.

Если подняться над юридическим аспектом слушаний, то оно оставило у нас чувство гадливости по отношению к поведению пары Нетаниягу. Их неодолимая тяга к подаркам, их скупердяйство, их уверенность в том, что все им полагается. Если обратиться  к недипломатичному языку, то создается впечатление, будто линия защиты состояла в том, чтобы показать, что «не такие уж мы свиньи».

Наиболее значительный момент в этом контексте наступил именно в момент перекрестного допроса. Хадад процитировал показания, которое дал в полиции Эфи Азулай, управляющий резиденцией Нетаниягу. Азулай заявил, что возвращаясь из дома Мильчена, они привозили с собой бутылки шампанского и сумки с остатками блюд. Вы понимаете? Премьер-министр Израиля возвращается в свою официальную резиденцию с мешками недокушанных яств, как будто государство не снабжает его абсолютно всем необходимым, и как будто сам он – не миллионер. Этот анекдот – квинтэссенция всей истории.

Завершая свои показания, Кляйн сказала: «Я сделала это для моих родителей и для моих детей. Я открыла для себя как прекрасное, так и уродливое лицо народа Израиля. Горстка жестоких людей, которые не знают ни меня, ни моей семьи, решили причинить мне боль, ославить и оклеветать меня. Я хочу сделать то, что должен сделать каждый гражданин Государства Израиль».

«Детали», по материалам информационных агентств, М.Р. Фото: Рами Шелуш⊥



Предыдущая статьяСледующая статья

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.